Островок надежды. Рецензия на «Остров» Павла Лунгина

ostrov

Вероятно, это самая выдающаяся картина российского кинематографа последних нескольких лет. Ведь далеко не все русские фильмы несут столь бодрящий заряд жизненной энергии. Они, как правило, лишены смысловой нагрузки, оттого и воспринимаются легче, но и забываются быстрее. Вспомним хотя бы брутальный мир Алексея Балабанова или псевдотеатрализованные картины режиссера-экспериментатора Кирилла Серебренникова. О кризисе истинного русского простого и понятного зрителю кино свидетельствует не само существование такого рода фильмов, а именно факт, что они претендуют на то, чтобы представлять современный русский интеллектуальный кинематограф. Казалось бы, «Остров» изначально обречен на неудачу в условиях жесткой конкуренции. Но, подумайте, если жизнь ограничить замкнутым кругом с вертящимися с калейдоскопической скоростью оголтелыми и безликими образами, когда-то найдется чeловек, который сможет разорвать эту проклятую, в сущности, цепь. Им оказался создатель глубокомысленной картины «Остров» Павел Лунгин.

Следует отметить, что режиссер прошел нелегкий путь творческих преображений. Впервые показал свои режиссерские черты в дебютном фильме «Такси-блюз», награжденном в Канне, но, на мой взгляд, как зрелый режиссер проявил себя только в картине 2006 года «Остров». В ней, как нигде лучше, он демонстрирует умение снимать минималистское кино с глубоким содержанием. Ибо этот достоверный экранный образ падения и духовного возрождения грешного человека не оставляет равнодушным зрителя, склонного к рефлексии.

Название фильма нас не обманывает – его действие разворачивается на острове, куда однажды море выбросило главного героя Анатолия (в его роли потрясающий Петр Мамонов). Он – убийца и предатель, который застрелил во время Отечественной войны своего товарища адмирала Тихона Петровича, чтобы спасти, тем самым, собственную жизнь. На острове отец Анатолий работает монастырским истопником, исцеляет прибывших к нему мирян, но, прежде всего, молит Бога и умершего Тихона о прощении. Отец слывет чудаком со странными выходками и проказами, являющимися некоторой попыткой отгородить от других себя, чья душа осквернена тяжким грехом убийства. Он не может смотреть в глаза людям, будучи убежденным, что дышит воздухом, который, может быть, не для него был предназначен. Однако отец Анатолий постепенно разоблачает грехи остальных героев. Мы, в частности, узнаем, что отец Иов завидует Анатолию из-за дара исцеления, которым наделен простой истопник, настоятель Филарет привязан к материальным благам мира сего, а мать хромого Ванюши колеблется между работой и здоровьем сына. Эти пороки герои, по сути, обычные люди, не в состоянии преодолеть без помощи Анатолия. Его же спасает остров, куда он приплывает на лодке. Там со слезами на глазах умоляет Господа о прощении, там набирается сил для того, чтобы жить дальше. Он уединяется на своем острове, где уже не надо притворяться чудаком и можно сбросить маску сумасшествия, за которой прячет от других и от себя настоящее, полное невыразимого страдания лицо. Его странное поведение — это отчаянный крик о помощи, ибо боль Анатолия до той степени невыносима, что невозможно ее постичь и выразить земным умом, слишком подвластным рутинным бытовым действиям и мыслям. Человек постоянно пытается понять жизнь и смерть – простые вещи, объяснением которых могут быть лишь они сами. Да и требуют ли они, на самом деле, объяснений? Ведь в жизни есть смысл, так как есть же люди, ищущие его. В результате духовного переворота, смыслом жизни отца Анатолия стало искупить вину и достойно прожить собственную смерть. Он, на которого обрушились испытания, просвящен в одну единственную тайну, что на земле невозможным является приобретение совершенных счастья и спокойствия, как бы люди к ним ни стремились, потому как вся жизнь заключается в беспрерывном движении, стремлении к совершенству изначального «я». Эти бесконечные изменения и являются целью существования.
Благодаря острову, как первому, где отец Анатолий излечивает тела и души других людей, так и второму, где сам ищет исцеления, главный герой рождается заново, пытаясь постичь совершенную гармонию души. Он с легкостью балансирует на грани между жизнью и смертью, созиданием и разрушением, началом и концом, посередине которых надеется найти какое-то промежуточное пространство, где неважно, святой ты или грешник, главное не уставать в пути на свой остров.

В конце киноленты главный персонаж произносит значимую фразу: «Умирать не страшно. Страшно будет перед богом стоять, грехи давят». Приняв смерть как неотъемлемую часть человеческой судьбы, Анатолий преодолевает свою боязнь перед ней, чего не сумел сделать, стреляя в Тихона, но тем не менее он осознает, что, несмотря на все свои молитвы и деяния, вина на нем лежит огромная, отпустить которую способен только Бог.

Однако я увидела в фильме и неимоверную жажду жить. Вспомните потрясающую сцену, когда отец Анатолий пускает кораблик на воду, чтобы Бог позволил ему прожить еще одну зиму. В этом маленьком, по-детски сколоченном предмете олицетворен настоящий трагизм жизни: кораблик, словно человек, гнется от неблагоприятных ветров, после чего на короткий момент поднимается, мечется, и опять падает, но все продолжает удерживаться на поверхности. Желание существовать в несовершенном, зато уже освоенном мире сильнее страха перед тем неизведанным, не укладывающимся в рамки человеческих понятий.
Как подобает экзистенциальному фильму состояния, есть у «Острова» некоторые недосказанности, немного угнетает цветовая гамма картины, но при всем этом картина представляет собой шедевр современного российского кинематографа. Превосходное исполнение главной роли настоящим схимником Петром Мамоновым, убедительная игра Дмитрия Дюжева и Виктора Сухорукова, которых мы привыкли видеть в совсем других ролях, лиричная музыка Владимира Мартынова, сценарий Дмитрия Соболева, а также режиссура Павла Лунгина, заботливо выстраивающего картину, дают в целом неспешный и многозначительный образ трагического в своих духовных метаниях человека.

Меня «Остров» заворожил с первых кадров, ведь эта картина иллюстрирует нас самих, пытающихся восстановить связь с абсолютными ценностями в современном суетливом мире. Этот фильм наводит на мысли, лежащие у каждого где-то на дне души, которые начинаем осмыслять как свои.

Острова, на самом-то деле, два: один- земной, на котором строим действительность, преодолевая мысли о смерти, другой- духовный, полный совершенной гармонии, к которому невольно стремимся. Оба они пересекаются друг с другом, создавая человеческий мир несовершенным. Поэтому нельзя рассматривать их в отдельности.

 

фото: eglazkova.livejournal.com

Прокомментируйте первыми